Маргарита ТРАПЕЗНИКОВА: По духу мне ближе Анни Жирардо

Академик РАМН, заслуженный деятель науки РФ, доктор
медицинских наук, профессор, автор более 400 научных работ и 11 монографий, 12
патентов на изобретения - это далеко не полный перечень научных заслуг
руководителя урологической клиники МОНИКИ Маргариты Трапезниковой. Проекты,
осуществленные под ее руководством уже в новых условиях, получали всестороннее
признание. Во всем "урологическом" мире известна и действует школа А.Абрамяна -
М.Трапезниковой. Блестяще, виртуозно владея хирургической техникой, обладая
мудростью клинического мышления и высочайшей эрудицией, Маргарита Федоровна
стала первой женщиной-урологом в рядах действительных членов РАМН.

В журналистике как-то не принято сосредотачивать внимание на
лице женщин-героинь. Но именно женский лик, и прежде всего глаза, могут поведать
о многом, нередко о самом сокровенном... В свое время я любил наблюдать за
выражением лица великой Наталии Сац, с которой выпало счастье дружить. С экрана
телевизора всегда восторгаюсь палитрой оттенков лица не менее великой Галины
Вишневской. А в медицинском мире, на всяких юбилейных торжествах и конгрессах,
всегда пытаюсь разглядеть лицо Маргариты Трапезниковой. И вот теперь появился
повод (именно сегодня у нее большой юбилей) встретиться с Маргаритой Федоровной.

- Есть ли у вас кумиры среди замечательных женщин нашего
времени?

- Кумиров как таковых нет, но если говорить о киноактрисах,
то мне всегда нравилось наблюдать за Анни Жирардо, ее манерой держаться,
говорить. Есть одна женщина, из Французской академии, которой, кстати, близка
Россия, - это Карэн Данкос. Она очень женственна и в то же время предельно
деловая. Чтобы сочетать эти два качества сполна, мало одного лишь природного
дара...

Чуть-чуть прервемся. Чтобы освежить впечатления от
французской сверстницы Трапезниковой Анни Жирардо, я заглянул в Интернет. Как
хорошо о ней сказано: "Ее глаза способны меняться - светлеть, темнеть, лучиться.
Двигается она легко, уверенно, свободно, всегда энергична и подтянута... У нее
никогда не было легкой жизни... она не из тех, у кого есть судьба, она создала
себе карьеру, любовь, имя - и все сама... Она учит женщин не отчаиваться, не
унывать".

Не трудно догадаться, что я хотел сказать, процитировав слова
о Жирардо, как бы опосредованно ставя некий знак равенства между этими двумя
женщинами.

- Маргарита Федоровна, какие видения из вашего детства чаще
всего посещают вас "за минуту до сна"? Родительский дом? Солнечная лужайка в
парке? Любимая кукла? Школа?

Скрытая улыбка пробежала по прекрасному лицу моей собеседницы
(это, наверное, от упоминания солнечной лужайки), но и почти сразу легла вдруг
тень какой-то далекой-далекой горести.

- Детство мне выпало голодное, очень тревожное, ведь шла
война, город бомбили... А родилась я в Горьком, росла в обыкновенной семье
служащих. Помню вереницу машин с беженцами из Москвы. Меня поразили ящики с
продуктами, громоздившиеся над багажниками "легковушек". В память врезался
фирменный ящик со сливочным маслом. Понимаете, целый ящик! Сразу подумалось -
где-то украли и везут. (Смеется.) А еще было довольно тепло, и невольно возникла
мысль: масло-то может потечь... Жалко. Брат 17-летним мальчишкой ушел на фронт.
В нашей семье яркой личностью была наша бабушка Анна Васильевна - женщина
твердых жизненных правил и принципов, очень верующая.

- Маргарита Федоровна, я знаю, что вы окончили в Горьком
медицинский институт, на шестом курсе вышли замуж за однокурсника, будущего
поистине великого онколога Николая Николаевича Трапезникова. К слову, а какова
ваша девичья фамилия?

- Балахонова.

-Тоже очень красивая, чисто русская! Как и нынешняя.

-Да-а, внутренний мир всех Трапезниковых соответствовал такой
фамилии, особенно это касалось моего свекра Николая Ивановича - человека широкой
натуры. Николай Николаевич пошел в него. Образно говоря, Трапезниковы никогда не
считали кусочки сахара...

- По первой специальности вы акушер-гинеколог, им и работали
в Горьком, затем в Москве. А что привело вас в урологию? Это ведь, хм... как бы
выразиться поточнее...

- Понимаю. Я сама до сих пор считаю, что урология -
специальность не женская. Меня в нее привел просто случай: закрыли одно
отделение, пришлось перейти в соседнее, урологическое...

- Его величество случай! Федор Шаляпин, безумно любивший
Нижний, тоже не помышлял о карьере певца. В вашем кабинете я вижу портрет
ученого... Изучая материалы о вас, попытаюсь отгадать - Абрамян?

- Да, это мой учитель - один из создателей школы
отечественной урологии Арам Яковлевич Абрамян. Блестящий клиницист, хирург,
ученый, педагог. Именно он с 1951 года создавал фундамент нашей сегодняшней
клиники.

Вынужден признаться, мне не удалось разговорить Маргариту
Федоровну относительно деталей личного ее вклада в отечественную урологию.
Пришлось прибегнуть к помощи директора МОНИКИ, известного ученого Геннадия
Оноприенко. А он сказал предельно сжато и исчерпывающе: "Маргарита Федоровна,
преемница Арама Яковлевича Абрамяна и руководитель клиники с 1976 года, сумела
творчески развить и структурно оформить заложенные Абрамяном основы и традиции
уникальной урологической школы, широко известной у нас в стране и за рубежом,
как школы А.Абрамян - М.Трапезниковой".

В какой-то степени нашей беседе неожиданно помогли две книги
на столе. Одна походила на громадный и роскошно изданный том какой-то
энциклопедии на английском языке.

- "Стенты в урологической системе", - перевела Маргарита
Федоровна название, - коллективный учебник, дважды издан в Лондоне. Одна из глав
посвящена нашим исследованиям, а именно проблеме осложнений, которые возникают в
организме человека после трансплантации почки. Дело в том, что мы были
основоположниками - и остаемся пока одни - эндоскопического малоинвазивного
метода лечения осложнений, которые развиваются нередко у больных после пересадки
почки. Вообще, попасть в такое издание весьма и весьма почетно, престижно. Этот
том я получила вчера. А сегодня принесли сигнальный номер вот этой книги,
изданной у нас, - "Урологические осложнения при трансплантации почки". В мировом
масштабе об этом (мои ученики просмотрели в Интернете) есть лишь отдельные
статьи, а в таком монографическом плане, увы, нет.

-Так сложилось, что наша отечественная наука пронизана
настоящими человеческими драмами, а порой и трагедиями. Я уже не говорю о
Вавилове или о героях романа Дудинцева "Белые одежды". Достаточно вспомнить
Демихова, Илизарова...

-Я поняла вас. Отвечу так: может быть, я счастливый человек,
может быть, так получилось, но никаких драм не было, как не было каких-то
недоброжелателей-соперников. Отчасти, наверное, потому, что все у меня шло
как-то ускоренно и быстро. Да и вообще, если говорить о жизни, то только совсем
недавно я поняла, что она пролетела молнией, не было пауз, а вот потери были, их
тяжело пережить и сейчас.

(В этом месте Маргарита Федоровна, справляясь с волнением,
вдруг умолкла на полуслове, взглянув на стену, где находится портрет Николая
Трапезникова.)

- Каким путем идет сейчас урология?

- Путь один - оснащенность все новыми и новыми технологиями.
Не просто новыми, а ультрасовременными. Все другие пути исчерпаны. Мне, в
частности, удалось внедрить в клинику все современные методы диагностики и
лечения, какие есть в мире. Было это нелегко, потому что тогда не было такого
хозяина области, каким является Борис Всеволодович Громов. Он беспокоится и
заботится о нас в прямом смысле. До него приходилось доставать аппаратуру
благодаря личным связям, - заканчивает со вздохом моя собеседница. - Теперь
наконец-то появились планы, программы.

- Как же быть провинциальной урологии?

- Плохо быть. У нас в области 25 урологических отделений, и
самые тяжелые больные оказываются у нас. В России есть мощные урологические
центры, которые и должны брать на себя основной груз.

- Чтобы завершить урологическую тему, задам вопрос, который
касается большинства мужчин - это предстательная железа, угроза. Анализы на ПСА
так уж обязательны?

-Обя-за-тель-ны!!! - убежденно воскликнула Маргарита
Федоровна, - хотя бы раз в год. Четыре единицы - это еще, но и уже...

(Зная свой ПСА, я облегченно вздохнул, но анализ-то сдавался
аж в 2001 году. Прошу прощения за столь личное отступление, но и надеюсь, что
необходимые выводы сделают все без исключения мужчины-читатели "МГ").

- Маргарита Федоровна, как проходит ваша жизнь сейчас?

- В общении с близкими друзьями - соседями по даче. Моя дочь,
учась в МГИМО, вышла замуж. Сейчас она живет во Франции, все у нее хорошо.
Растут двое чудесных внуков, одному из них уже 22. Каждый вечер мы общаемся по
телефону...

Остается время лишь для блиц-интервью:

- Литература?

- Исторические вещи, мемуары, но и романчик могу прочитать -
чтобы отвлечься.

- Музыка?

- Хороший джаз и, конечно же, классическая музыка.

- Что еще любите?

- Растения, собак.

- А вам самой приходилось обращаться за помощью к врачам?

- И очень по серьезным поводам. Когда была жива мама, она об
этом даже не догадывалась, я ей звонила из клиники, а говорила, что с работы или
из дому. Однажды она меня спросила, когда же я к ней приеду повидаться. Пришлось
идти на ложь: мол, я тут случайно повредила руку и так далее.

- Ну а ваше пожелание вы написали: чтобы было как можно
меньше поводов обращаться к врачам. Спасибо. Позвольте эти слова обратить и в
ваш адрес. Напишите сокровенную книгу о себе. Это была бы книга нежности,
верности, жизненной стойкости...

Беседу вел Владимир ХРИСТОФОРОВ,

спец. корр. "МГ".

Фото Александра ХУДАСОВА.